Яковлева Е. Л.
АКСИОСФЕРА ИНКЛЮЗИВНОГО ПОДХОДА К БЫТИЮ
г. Казань, Россия
mifoigra@mail.ru
Современные кризисы социокультурного пространства, риски и стрессы человеческой жизни требуют незамедлительного решения. Как нам кажется, одним из возможных способов разрешения непростых, практически запутанных ситуаций ризомной современности, является инклюзивный подход к бытию. Его постепенное распространение во многом зависит от внедрения в систему образования – инклюзии, формирующей культуру соучастия/со-участия. Этот тип культуры подразумевает существование включенного общества/со-общества, где каждый человек, имея право на образование и самовыражение, ощущает понимающее взаимодействие и соучастие в его жизни других людей. В итоге, главной персоной инклюзивного подхода к бытию выступает человек как ценность. В сою очередь, ценностные ориентации человека в мире составляют внутренний мир, делая его неповторимым и уникальным. Духовные ценности формируют человека как личность, помогая ему в процессе социализации и инкультурации. Жизненные ценности задают не только метафизические смыслы, но и помогают личности посредством своей системы координат ответить на вопросы: В чем смысл жизни? Что такое Бог? Что есть добро и как преодолеть зло? Именно ценностная компонента отражает мировоззренческие и смысловые поиски человека, служит направляющим ориентиром в его жизнедеятельности. Дело в том, что человеческая жизнь – это всегда осмысленное бытие, своеобразная «фабрика ценностных смыслов»: любая деятельность/ситуация имеют определенный смысл, который человеку необходимо интерпретировать через призму своей шкалы духовных ценностей.
Основные жизненные ценности и ориентиры человеческой жизни философ В.М. Пивоев объединяет в девять групп: 1) онтологические (свобода, правда, справедливость, независимость, честь); 2) экзистенциальные (мир, покой, безопасность, благополучие, здоровье); 3) экономические (богатство, изобилие, благосостояние, успех, процветание); 4) самоутверждения (слава, престиж, популярность, известность, уважение, авторитет); 5) эстетические (красота, грация, возвышенное, комическое, трагическое); 6) нравственные: благо, честность, порядочность, благодарность, долг, благородство, совесть, щедрость, добро); 7) телеологические (смысл жизни, цель, надежда, вера, Бог, милосердие); 8) человеческих отношений (дружба, любовь, преданность, верность, взаимопомощь, альтруизм); 9) интеллектуальные (мудрость, знание, ум, рассудок, разум) [1,с.113].
Отметим, все эти ценности можно реализовать благодаря внедрению и распространению инклюзивного подхода к бытию, связанного со всем многообразием проявления человеческого. Ввиду этого, инклюзию можно считать ценностью современного социокультурного пространства, в свою очередь реализующую множество метафизических ценностей. При этом в рамках инклюзивного подхода к бытию учитывается не только ценность человека, но и ценностные установки эпохи/общества, связанные с ними нормы, отражающие мировоззренческие и смысложизненные компоненты.
Оценивая инклюзивный подход к бытию как ценность, выделим несколько важных моментов.
Инклюзия исходит из того, что в обществе каждый человек индивидуален и неповторим, рождая проблему различности своего и Другого. Подчеркнем, именно различие и многообразие/много-образие создают единство мира в его диалектических противоречиях. Более того, сама инклюзия по своей природе предполагает диалектику, что создает условия решения множества проблем с помощью диалектических категорий, перечисленных в работе «Наука логики» Г.В.Ф. Гегеля: бытие и Ничто, бытие и становление, наличное бытие, для-себя-бытие, нечто и иное (в нашем контексте – Другое/нетипичное), свойство и граница, конечное и бесконечное, одно и многое.
Инклюзивный подход к бытию выступает как действие и метод, имеющие онтологический, гносеологический, методологический и социально-практический статус, что задает ему большой потенциал для развития и решения актуальных философско-социальных и антропологических проблем. Сегодня, с одной стороны, пространство социального предъявляет новые требования к человеку, который должен быть мобильным, готовым к коммуникации, сотрудничеству и эмпативному соучастию. С другой стороны, с каждым годом увеличивается число нетипичных людей, что способствует постепенному изменению отношения к ним: социум начинает признавать права на уникальность и самореализацию Других, относясь внимательно и уважительно к их проявлениям/про-явлениям и достижениям.
В рамках инклюзивного подхода к бытию фокус внимания сосредотачивается на включенном существовании человека в мир, его сложном взаимодействии со всем окружающим и происходящим, требующим рефлексивности и адекватного отклика/Ответа. При этом инклюзивность учитывает динамичность и быстротечность происходящих сегодня процессов, она способна гибко вписываться в «текучую современность», благодаря заложенным в ней творческим импульсам и культуре соучастия/со-участия, предполагающейпонимающую интерпретацию и действие.
Культура соучастия/со-участия представляетсобой жизненно-ответственное бытие совместно/со-вместно на основе коллективного действия, где все, разделяя общую ситуацию, проникнуты духом эмоционально-интеллектуально-нравственной сопричастности/со-причастности.
Благодаря культуре соучастия осуществляется интенсивная коммуникация как «символически опосредованная интеракция» (термин Ю. Хабермаса), подразумевающая ситуацию сообщения/со-общения, сонахождения/со-нахождения и соприсутствия/со-присутствия. В инклюзивных практиках личный опыт всегда активен, заинтересован, индивидуален и неповторим. Он представляет собой живое взаимодействие, основанное на взгляде на Другого. Благодаря этому инклюзивная среда помогает осуществить прорыв из современной искусственности, связанной с процессами симуляции и виртуализации, в естественность, обнажая пограничные ситуации, что позволяет проявиться человеческой экзистенции. Принимая непосредственной участие в бытийности/со-бытийности инклюзивных практик, человек получает возможность реального взаимодействия с Другими, что создает расширенную ситуацию, предоставляющую каждому множество возможностей для проявления себя.
Можно утверждать, инклюзивные практики на микроуровне создают особые пространства – микротопии, имеющие характер работы-в- расширенной ситуации. Отношения в них основываются на принципахсправедливости, равенства, заботы о Других, что влечет за собой формирование доверительного отношения к окружающим, самостоятельного принятия решений и ответственности за свои действия. Инклюзивные отношения способствуют восприятию и принятию внешнего и внутреннего облика каждой личности со всеми достоинствами и недостатками, объективно и субъективно присущими качествами. Инклюзивные микротопии, ввиду нестандартности расширенной ситуации в них, предполагают различные эксперименты (воспитательные, образовательные, научные, моральные и др.), где взаимодействующие обнаруживают вовлеченность и общность внутри группы.
Микротопии предполагают формирование и проявление в человеке эмпатии как способности к сопереживанию посредством перенесения-себя-на-место-Другого. Подчеркнем, эмпатия, проявляясь как компонент взаимоотношений с окружающим миром и Другими/нетипичными, как актуализация себя в межличностной коммуникации, помогаетпонять личность и ценности ее жизни. Связанная с инклюзивным подходом, эмпатия высвечивает такие сущностные характеристики как духовно-нравственные переживания человека, его целенаправленно-активная и творческая деятельность, восприятие Другого, что в итоге способствует идентификации и самовыражению личности. Эмпатия в контексте инклюзивного подхода к бытию осмысляется как сочувственное, сопереживающее и сопонимающее восприятие Другого, основанные на сформированной/формирующейся у человека шкалы ценностей, в которой не последнюю роль играют интеллектуально-нравственно-эстетические установки. Помимо этого эмпатия как интеграция образно-чувственного и логического аспектов играет значительную роль в процессе познания, способствуя обмену информацией, пониманию и интерпретации Другого, формированию и развитию межличностных отношений, что находит отражение в термине «эмпатическое познание». Все это связывает инклюзивный подход к бытию в целом с эпистемологической проблематикой, процессом интерпретации и ее функционирования.
Инклюзивный диалог/полилог, основанный на эмпатических способностях и познании, помогает восприятию и принятию внешнего и внутреннего облика каждой личности со всеми достоинствами и недостатками, объективно и субъективно присущими качествами. Наиболее ярко подобное отношение запечатлено в художественном творчестве и его посредством. Вспомним строчки Бориса Слуцкого, поэтически/по-этически выразившего инклюзивный подход к бытию:
Бытие, все его категории,
жизнь, и смерть, и сладость, и боль,
радость точно так же, как горе, я
впитываю, как море – соль.
Подводя итоги, связанные с формированием и распространением инклюзивного подхода к бытию как ценности, расставим следующие акценты. Космические скорости и все убыстряющийся ритм человеческой жизни, высокие технологии и связанная с ними масштабная катастрофичность, информатизация и виртуализация общества, дегуманизация отношений и отчужденность, нерешенные глобальные проблемы современности, постоянная угроза военных столкновений, демографические сдвиги и многие другие черты современной эпохи приводят к трансформациям системы ценностей, но при этом и их актуализации. Именно система ценностей помогает человеку не потеряться и ориентироваться в мире, осмысливать и оценивать его, быть самим собой и осуществлять свой смысложизненный поиск, выбирать стратегии саморазвития и поведения, ответственно относиться к самому себе и окружающему. Неслучайно ценности составляют ядро мировоззрения. Более того, ценности могут сегодня реализоваться в полном объеме в рамках инклюзивного подхода к бытию. Благодаря распространению инклюзивного подхода к бытию происходит снижение изоляции нетипичных людей: они преодолевают свои экзистенциальные страхи, перестают чувствовать свою «особенность», становятся активными и самостоятельными, органично вписываясь в социокультурное окружение. Не последнюю роль в этом играет философия инклюзии, основывающаяся на различности, индивидуальности и неповторимости каждого. Именно различие и многообразие/много-образие (вспомним, гегелевские диалектические категории нечто и иное) создают единство мира, выступая внутри инклюзивной среды в качестве мощного стимула развития и проявления личностного потенциала.
Еще один важный момент ценности инклюзивной среды заключается в следующем. Он помогает рефлексировать над метафизическими вопросами с новых позиций, моделирует и корректирует довольно сложные взаимоотношения, связанные с постоянно встречающимися Другими в социуме, способствует осмыслению существующих проблем, помогая человеку в непростых ситуациях ризоматичной современности.
Модель инклюзивного подхода как ценность выступает своеобразным Ответом на Вызовы современности: она направлена на Другого, его понимание и преобразование/пре-образование, создавая приемлемые для него условия и реализуя субъективно-экзистенциальные потребности и ценности. Подчеркнем, преобразование/пре-образование играет значимую роль в жизни человека, особенно если он Другой: «это функция его бытия, направленная на все онтологические формы экзистенциальной среды культуры» [2,с.162]. Преобразование/пре-образование происходит ради самого человека, неслучайно гармонично развитая личность в рамках инклюзивного подхода к бытию и его образовательного процесса есть цель, являющаяся одновременно и объектом, и субъектом. Более того, социокультурное пространство инклюзии включает в себя такие ценностные аспекты, как практический, познавательный и творческий, тем самым удовлетворяя широкий диапазон витальных потребностей человека. В связи с этим можно утверждать, что инклюзивный подход к бытию представляет собой аксиосферу, способствующую становлению и преобразованию личности.
Распространение идеи инклюзивности, ангажированной сегодня со стороны властных структур, со временем приобретет громадный размах и, как нам кажется, будет органично вписываться во все сферы бытия общества, обеспечивая стабильность и единство, чего так не хватает в «текучей современности».
По отношению к отрицательному или скептическому взгляду на инклюзивный подход к бытию необходимо обратиться опять к идеям Г.В.Ф. Гегеля. Он считал, что любое начинание связано с Ничто, но постепенно «чистое бытие» заполняется определенностью, позволяя познавать его бытийственность во всем многообразии проявлений. Перенесем это на инклюзивный подход к бытию и начнем внедрять эту ценность в социокультурном пространстве, несмотря на трудности и сомнения, тем более что на Западе инклюзия – довольно распространенная практика и мировидение [См.: 3].
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
- Пивоев В.М. Философия культуры. – СПб.: Изд. Юрид. ин-та, 2001.
- Докучаев И.И. Ценность и экзистенция. Основоположения исторической аксиологии культуры. – СПб.: Наука, 2009.
- Яковлева Е.Л. Инклюзивный подход к бытию: Научно-методическое пособие. – Казань: Познание, 2014.